НОВЫЙ РАССВЕТ ДРЕВНИХ ИСТИН

Статьи » Вера и жизнь » Статья

27. 11. 2008 Я ПРИНИМАЛ НАРКОТИКИ, или Возвращение из ада (продолжение)

Печатается в сокращении

Продолжение. Начало см.: «Вечное сокровище», 2008, № 3.

 

Я быс­т­ро ос­во­ил­ся в но­вом кол­лек­ти­ве, стал за­во­ди­лой сре­ди сверстников и, сам то­го не по­доз­ре­вая, уве­рен­но дви­гал­ся по нап­рав­ле­нию к Вин­ниц­ко­му след­с­т­вен­но­му изо­ля­то­ру. Де­ло в том, что имен­но в СПТУ я при­об­щил­ся к нар­ко­ти­кам ещё сильнее. И в  де­каб­ре 1983 г. ме­ня за­дер­жа­ли за пе­ре­воз­ку нар­ко­ти­чес­ких средств (ма­ко­вой со­лом­ки). Задержали вмес­те с де­вуш­кой, ко­то­рая бы­ла стар­ше ме­ня на семь лет. Ее об­ви­ни­ли по ста­тье за вов­ле­че­ние не­со­вер­шен­но­лет­них, так как мне бы­ло тогда всего шестнадцать.

 

Од­на­ко ста­тус «джен­т­ль­ме­на» не поз­во­лил мне ос­тать­ся в ро­ли по­тер­пев­ше­го и уе­хать до­мой с та­ким по­зо­ром. Я ре­шил ис­п­ра­вить по­ло­же­ние и взял ви­ну на се­бя, ска­зав, что я сам уго­во­рил её по­е­хать со мной «за ком­па­нию» и что при этом сказал неправду, будто я уже со­вер­шен­но­лет­ний. Это глу­пое и не­ло­гич­ное за­яв­ле­ние, как ни стран­но, сработало.

 

Впер­вые я горячо и се­рьёз­но попро­сил Бо­га о по­мо­щи, ког­да понял, где нахожусь, и чем всё это может закончиться. Много я слышал мужественных рассказов о тюремной жизни от старших друзей, но ни один из них честно и искренно не рассказал о душевном мраке, который пришлось пережить на первом этапе. Мне бы­ло страш­но од­но­му в хо­лод­ной и тём­ной ка­ме­ре. Как ни­ког­да хо­те­лось до­мой, к матери и отцу. Я вспом­нил, как ба­буш­ка по ве­че­рам чи­та­ла де­душ­ке Еван­ге­лие, а по­том  мо­ли­лась, упо­ми­ная и на­шу се­мью, и ме­ня лич­но. Я час­то слы­шал своё имя в её мо­лит­вах.

 

И вот я скло­нил ко­ле­ни и, как мог, стал про­сить Бо­га, что­бы Он по­мог мне найти выход из соз­дав­ше­го­ся по­ло­же­ния. Так откровенно и искренне я никогда в своей жизни не молился. Я не знал и не понимал Того, с Кем разговариваю, но очень чётко и ясно ощутил, что Он меня очень внимательно выслушал. Как же я обрадовался, ког­да ве­че­ром ме­ня выз­вал сле­до­ва­тель и, от­дав лич­ные ве­щи, изъ­я­тые при за­дер­жа­нии, объ­я­вил, что ме­ня ос­во­бож­да­ют как не­со­вер­шен­но­лет­не­го! Я от все­го сер­д­ца бла­го­да­рил Бо­га за та­кую за­бо­ту, мне хо­те­лось об­нять не только сле­до­ва­те­ля, но и весь мир.

 

Од­на­ко ме­ня от­пус­ка­ли при од­ном ус­ло­вии: нуж­но бы­ло под­пи­сать до­ку­мент. Следователь по­со­ве­то­ва­л его не чи­тать, чтобы не тратить зря время, но я нас­то­ял на проч­те­нии и уз­нал, что моей под­ру­ге, за вов­ле­че­ние ма­ло­лет­них, гро­зит ли­ше­ние сво­бо­ды сро­ком от восьми до 12 лет.

 

В один миг моя ра­дость ис­чез­ла, по­я­ви­лась не­вы­но­си­мая боль и тос­ка. Я оказался в роли сказочного героя, которому в руки попала жар-птица, но её нужно было немедленно отпустить восвояси. Я по­ду­мал об этой девушке и ее мень­шем бра­те, ко­то­рый ос­тавал­ся один, без  ро­ди­те­лей. Тя­же­лые мыс­ли не да­ва­ли мне по­коя. Мо­жет, под­пи­сать и за­быть всё это нав­сег­да? Со­весть не поз­во­ли­ла мне это­го сде­лать. Ви­ди­мо, в че­ло­ве­ке Бо­гом за­ло­же­но неч­то та­кое, че­го он сам пе­рес­ту­пить не в си­лах, да и воспитан я был по-другому. Поэтому пришлось до су­да си­деть нам в тюрь­ме обоим.

 

Хочу сказать с полной ответственностью, что тюрьма не исправляет, но, во многих случаях, спасает от верной смерти. Но мне не позволили во всей полноте пережить и прочувствовать последствия моего неправильного выбора. Любящий отец, готовый отдать свою жизнь, чтобы спасти сына, приложил максимум усилий и возможностей. Училище ходатайствовало, чтобы меня отдали на поруки. Много лет спустя я узнал, как отец прошёл ночью двенадцать километров, по пояс в снегу, чтобы успеть спасти своё чадо. Понять его сможет только такой же любящий отец, готовый ради своего ребёнка на любые трудности, унижение, позор и даже на верную смерть. Если любовь человека не имеет границ и под логические стандарты не подходит, то кто сможет объяснить и понять безграничную любовь Бога Отца ко всем нам, грешным и непослушным детей? «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Иоан. 3:16).

 

Пос­ле этой ис­то­рии я вер­нул­ся в учи­ли­ще, где ме­ня жда­ли ста­рые дру­зья и преж­ние интересы. Я стал «ге­ро­ем» сво­е­го вре­ме­ни, цен­т­ром вни­ма­ния и под­ра­жа­ния. Чув­с­т­во гор­дос­ти и тщес­ла­вия пе­ре­пол­ня­ло ме­ня, и я изо дня в день ут­вер­ж­дал­ся в сво­ей ис­к­лю­чи­тель­нос­ти. Сей­час, ог­ля­ды­ва­ясь на­зад и ана­ли­зи­руя об­с­то­я­тельс­т­ва прош­ло­го, я ви­жу, ка­ки­ми раз­ны­ми ме­то­да­ми Бог ста­рал­ся воз­з­вать к мо­е­му ра­зу­му и дос­ту­чать­ся до мо­е­го сер­д­ца. «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр. 3:20). К сожалению, голоса Его я не слышал, соответственно и сердце моё было закрыто.

 

Вско­ре нас­ту­пил но­вый этап мо­их злок­лю­че­ний. При­зыв­ная ко­мис­сия во­ен­ко­ма­та нап­ра­ви­ла ме­ня на ле­че­ние в Кри­во­рож­ский нар­ко­дис­пан­сер. Хо­чет­ся под­роб­нее опи­сать этот пе­ри­од, так как имен­но на этом от­рез­ке мо­ей жиз­ни про­и­зош­ли се­рьез­ные из­ме­не­ния - как фи­зи­о­ло­ги­чес­кие, так и пси­хические.

 

В те го­ды в по­доб­ных за­ве­де­ни­ях был очень боль­шой по­ток па­ци­ен­тов. Я по­пал в от­де­ле­ние для не­со­вер­шен­но­лет­них, так как мне не было ещё 18 лет. Ма­ло­ле­ток туда за­во­зи­ли це­лы­ми пар­ти­я­ми. Учас­т­ко­вые, ин­с­пек­то­ры по де­лам не­со­вер­шен­но­лет­них, сле­до­ва­те­ли уго­лов­но­го ро­зыс­ка, во­ен­ко­маты - все нап­рав­ля­ли в наркодиспансер сво­их по­до­печ­ных. Кро­ме то­го, мно­гие ро­ди­те­ли доб­ро­воль­но при­во­зи­ли туда сво­их де­тей в на­деж­де спас­ти и убе­речь их от страш­ной вол­ны нар­ко­ма­нии, ко­то­рая зах­лес­т­ну­ла тог­да все слои на­се­ле­ния Кри­во­го Ро­га. Откры­ва­лись всё но­вые кли­ни­ки и ле­чеб­но-тру­до­вые про­фи­лак­то­рии, общество успешно развивало идею добровольно-принудительной помощи.

 

В этом дис­пан­се­ре трое фи­зи­чес­ки силь­ных, но мо­раль­но ущер­б­ных ре­бят дер­жа­ли в стра­хе весь блок (43 человека). Но са­мое страш­ное состояло в том, что ни ру­ко­вод­с­т­во от­де­ле­ния, ни врачи и медсёстры не пре­пят­с­т­во­ва­ли та­ко­му ук­ла­ду ­боль­нич­ной жиз­ни, так как с по­мо­щью этих «ли­де­ров» име­ли вли­я­ние на всех ос­таль­ных и дер­жа­ли си­ту­а­цию «под кон­т­ро­лем». Дать власть больным -  значит выписать путёвку в морг всему обществу.

 

За один вечер рухнула вся система контроля. Мед­сес­т­ра, ко­то­рая про­яв­ля­ла ко мне со­чув­с­т­вие и сим­па­тию, не вы­дер­жа­ла пос­то­ян­ного зре­лища мо­их стра­да­ний. Она от­ва­жи­лась по­е­хать до­мой к мо­им ро­ди­те­лям и рас­с­ка­зать от­цу о том, что на са­мом де­ле тво­рит­ся в от­де­ле­нии. Не мо­гу да­же пред­с­та­вить се­бе сос­то­я­ние моих ро­ди­те­лей, ко­то­рые до­ве­ри­ли вра­чам своё слепое и глупое дитя, заблудшее в этом царстве тьмы и беззакония, а те­перь уз­на­ли, что их ре­бён­ка дваж­ды вы­тя­ги­ва­ли из пет­ли в сос­то­я­нии пол­но­го от­ча­я­ния.

 

В тот же день отец по­е­хал в Днеп­ро­пет­ровск на при­ем к ми­нис­т­ру чер­ной ме­тал­лур­гии,  ко­то­рый лич­но наг­раж­дал от­ца выс­шей наг­ра­дой Ро­ди­ны - ор­де­ном Ле­ни­на. Ду­маю, что министр, сам бу­ду­чи ро­ди­те­лем, по­нял сос­то­я­ние от­ца, обратившегося к нему за помощью. Министерство сра­зу же свя­за­лось с об­л­з­д­ра­вот­де­лом, где от­цу вы­да­ли бланк го­су­дар­с­т­вен­но­го об­раз­ца на сви­да­ние со мной и ука­за­ние лич­но сопро­во­дить от­ца ко мне в па­ла­ту и, ес­ли фак­ты подтвердятся, нап­ра­вить в диспансер ко­мис­сию.

 

В на­шем от­де­ле­нии на­чал­ся пе­ре­по­лох, ког­да отец под­нял­ся на тре­тий этаж, а ня­неч­ки вы­ве­ли под ру­ки ме­ня - ни­че­го не со­об­ра­жавшего бол­ван­чи­ка, с от­к­ры­тым ртом и пос­то­ян­но те­ку­щей слю­ной. Мне насильственно вводили препарат, запрещённый к применению в системе лечения наркобольных. Я навсегда запомню слова от­ца, ска­зан­ные в ту ми­ну­ту, когда он увидел то, что осталось от его некогда здорового и жизнерадостного сына:

- Ах вы, фа­шис­ты, чем же вы здесь за­ни­ма­е­тесь?! Сы­нок, по­тер­пи нем­нож­ко, ско­ро при­е­дет ко­мис­сия, и те­бе по­мо­гут.

 

Меня отпустили домой. Я стал па­ни­чес­ки бо­ять­ся это­го страш­но­го сос­то­я­ния, которое испытал в диспансере, - и снова до бес­па­мят­с­т­ва за­ка­лы­вал­ся нар­ко­ти­ка­ми. Опи­ум и тран­к­ви­ли­за­то­ры стали един­с­т­вен­ным средством, которое по­мо­га­ло мне успокоиться и на короткое время за­быть­ся.

 

Продолжение следует

 

Олег КАПАЦЫН

Категория: 4(14) 2008, Вера и жизнь
 
 
Маранафа: Библия, словарь, каталог сайтов, форум, чат и многое другое.